Сайты Алекса Луговского:
- Иврит по-русски
- Киргизский язык
- Мой Израиль - история с географией
- Моя домашняя страница
- Сообщество у Алекса Луговского
- Форум у Алекса
сайт о семитах и их языках
главная >> компаративистика >>о лингвистической типологии
"Все люди сотворены равными" (о лингвистической типологии)
На заре развития лингвистики, вообще, и компаративистики, в частности, предпринимались попытки выяснить, какие языки и на основании чего можно отнести к более примитивным, а какие - к более развитым. Сравнение можно вести на уровне звука (фонетическая типология), на уровне слова (морфологическая типология), предложения (синтаксическая типология) и надсинтаксических структур (типология текста). Довольно скоро выяснилось, что исходная посылка была неверной: невозможно по типологической характеристике языка судить о его развитости или примитивности. Совершенно различные языки могут принадлежать к одному типу [в дальнейшем, если не оговорено обратное, я не делаю различий между "старыми" морфологической и синтаксической типологиями] (например, английский, китайский - великолепно развитые и имеющие богатейшую литературу и бесписьменный язык народности Цин на севере Китая в равной степени относятся к изолирующим языкам), родственные и примерно одинаково разработанные языки могут относиться к разным типам (синтетические славянские русский или сербский и аналитический болгарский, изолирующий английский и флективный немецкий). Наконец, один и тот же язык может в своем развитии менять тип и не раз: например, история французского может быть разбита на изолирующий раннеиндоевропейский, флективные позднеиндоевропейский и латинский, аналитический среднефранцузский и практически изолирующий современный разговорный французский.
В результате этих открытий лингвисты разочаровались в типологии примерно до середины 20-го столетия, когда типология пережила новое рождение. Сегодняшняя типология имеет дело не с отдельными элементами языков, а с системами языков - фонологической (системой звуков) и грамматической. Особенно большое практическое значение для компаративистики имеет фонологическая типология. Дело в том, что при всем огромном разнообразии языков мира, все люди имеют практически одинаковое строение речевого аппарата. Существует немалое количество закономерностей, связанных именно с этим. Например, в самых разных языках мира имеет место явление палатизации. Суть его в том, что заднеязычный согласный (в русском - к, г, х), после которого следует переднеязычный гласный (в русском - и, е) меняет свой характер. Его звучание становится более передним, "смягчается." Это явление легко объясняется лингвотехнически: трудно быстро перестроить речевой аппарат от заднеязычной артикуляции на переднеязычную. Интересно, что палатизация обычно приводит к переходу заднеязычных (к, г) в аффрикаты (двойные звуки типа ч, ц, дж, дз). Языки, в которых происходит палатизация могут не иметь между собой ничего общего, но, отмечая схожесть чередования в русском пеку-печет, итальянском амико-амичи друг-друзья, иракском арабском чиф как при литературном арабском киф, нужно понимать, что речь идет об универсальной типологической закономерности.
В фонологической типологии крайне важно понятие о бинарной оппозиции. Бинарная оппозиция - пара звуков, схожих во всем, кроме одного признака, по которому они противопоставлены. Например, русские д и т, английские d и t противопоставлены по признаку глухости-звонкости:Т - глухой, Д - звонкий. В оппозиции один член немаркирован, другой маркирован. Немаркированный член оппозиции - главный, его статистический вес в данном языке всегда больше, его лингвотехнически легче произносить. В данной оппозиции немаркированный член - Т. Д - маркированный член оппозиции, он менее удобен для произношения и встречается в языке реже. В определенных позициях оппозиция может нейтрализоваться. Например, в конце слова в русском д произносится как т (код=кот), т.е. маркированный член теряет свой маркер.
А вот немецкие или китайские d и t маркированы иначе: не по признаку глухой-звонкий, а по признаку слабый-сильный. d - слабый (немаркированный), а t - сильный (маркированный) члены оппозиции. Кстати, немецкий акцент в русской литературе "исопрашается таким споссопом именно ис-са тофо," что русские звонкие (маркированные) для немца похожи на собственные маркированные.
Делать фонетический анализ оппозиций в языке непросто. Для этого требуется навык, наличие специальной аппаратуры. Практически проще (и не менее точно!), проверить систему исследуемого или реконструируемого языка на ее типологическую непротиворечивость. Например, традиционная индоевропеистика восстанавливала для индоевропейского праязыка три ряда взрывных согласных: звонкие непридыхательные (b, g, d), звонкие придыхательные (bh, gh, dh) и глухие непридыхательные (p, t, k). При этом, ни в одном языке мира не было представлено трех рядов взрывных согласных с такими свойствами, т.е. система была типологически неубедительной. Пересмотренное решение позволило не только снять эту проблему, но и попутно ответило на несколько других вопросов, давно мучивших индоевропеистов (не хочу входить в подробности, желающих отсылаю к [13]).
На сегодняшний день ни одна реконструируемая фонетическая система языка не может быть принята без проверки на типологическую непротиворечивость. Нельзя сказать, что все типологические инварианты открыты, описаны и объяснены. "Вместе с тем уже в настоящее время богатый опыт, накопленный наукой о языках, позволяет нам установить некоторые константы, которые едва ли когда-либо будут низведены до "полуконстант". Существуют языки, в которых отсутствуют слоги, начинающиеся с гласных, и/или слоги, заканчивающиеся согласными, но нет языков, в которых отсутствовали бы слоги, начинающиеся с согласных, или слоги, оканчивающиеся на гласные. Есть языки без фрикативных звуков, но не существует языков без взрывных. Не существует языков,в которых имелось бы противопоставление собственно взрывных и аффрикат (например, /t/ - /ts/), но не было бы фрикативных (например, /s/). Нет языков, где встречались бы лабиализованные гласные переднего ряда, но отсутствовали бы лабиализованные гласные заднего ряда." [14]. Без применения типологического обоснования любая реконструкция сводится к кошмарам типа искусственного языка Воляпюк, который потому и звучит смешно, что типологически невозможен.
